Лена Сквоттер и парагон возмездия - Страница 31


К оглавлению

31

Теперь я могла бы найти их самостоятельно.

— Да… Петя же играл в волейбол за сборную России. — Вдова помолчала и добавила с гордостью: — На олимпиадах выступали.

Это прозвучало неожиданно. Наш Кутузов действительно оказался совсем не прост.

— А где же награды? — не выдержала я. — Почему у вас дома ни одного кубка?

— Они в шкафу… Он не любил хвастаться…

Я с удовольствием поставила в блокноте многозначительную галочку и сочла этот вопрос закрытым — разыскать остальных олимпийцев сборной сумела бы даже Дарья Филипповна.

— Вы единственная наследница?

— Что? — спохватилась она. — Да…

Я задумчиво постучала ручкой по блокноту.

— Детей у вас нет?

— Нет.

— Почему?

Она вскинула на меня глаза:

— Послушайте, зачем вы мне эти вопросы задаете?!

— Положено.

— У меня нет детей, — произнесла она тихо. Я кивнула.

— Понимаю. Скажите, для чего ваш муж поехал в Москву?

— По делам… Я не знаю…

— С кем он планировал там встретиться?

— Я не знаю… — Она подняла на меня взгляд. — Вы все-таки считаете, что его… убили?

— Это стандартные вопросы, которые мы вносим в рапорт, — сухо объяснила я. — Я понимаю, вам сейчас очень тяжело. Но таков порядок. Вспомните, с кем он планировал встретиться? Где останавливался?

— Я не знаю. — Она снова покачала головой с каким-то отчаянием.

— Ваш муж от вас скрывал что-то?

Она задумалась и молчала откровенно долго.

— Не знаю, — выдохнула она наконец.

— Как это? — удивилась я. — Вы не были с ним откровенны?

Она едва заметно пожала плечами.

— Откровенны были, но о своих делах и поездках он мало рассказывал.

— Хорошо. — Я прочертила в блокноте длинную полосу, обозначая следующий рубеж разговора. — Значит, о поездках. Куда он ездил в последние годы?

— В Петербург. — Она принялась загибать пальцы. — У него тренер там живет, у него инфаркт, он ездил помогать.

— Хорошо. — Я снова прочертила в блокноте линию. — В какие города он ездил еще?

— Я не знаю, — покачала она головой.

— Надолго он уезжал?

— Как когда…

— Самая долгая поездка?

— Самая долгая… — Она задумалась. — Ну, вот он ездил на спортивные сборы год назад. Месяц или даже два его не было…

— А куда и с кем?

— Со сборной, наверно…

— С какой сборной? — не выдержала я. — Его возраст, мягко говоря, годился только для тренерской работы.

— Значит, тренировал, — покорно согласилась вдова. — Устал очень. А как вернулся — мы с ним на море поехали отдыхать.

— Хорошо. А с кем он вел бизнес? Сам.

— А точнее?

— Не знаю.

Я вздохнула. То ли она действительно ничего не знала о своем муже, то ли не хотела говорить. Нужно было ее встряхнуть.

— Очень странно, что вы ничего не знаете о вашем муже, — произнесла я строго. — Скажите, у вашего мужа были любовницы?

— Да, — спокойно кивнула она с такой неожиданной простотой, что я даже растерялась.

— Кто они, где живут?

— Я не знаю. — Она снова покачала головой. — Это было давно, и он с тех пор с ней не общался.

— Почему вы так уверены? — удивилась я.

— Она узнала, что он женат, и прогнала его…

В тот момент я подумала, что некоторых вещей о людях мне лучше не знать.

— Выходит, о его жизни и работе вы ничего не знаете, а о любовнице — знаете?

Она подняла на меня прозрачные глаза.

— Он собрался к ней уйти, и сам сказал мне об этом. Но она его прогнала. Это было очень много лет назад.

Похоже, вдова не могла ему этого простить даже после смерти. Разговор claramente зашел в тупик — выяснить тут я больше ничего не могла. К счастью, в этот момент в кухне появилась Дарья Филипповна, пытаясь зачем-то изобразить строевой шаг.

— Так точно! — отрапортовала она зачем-то. — Я все сделала! Завещания нет!

— Вольно, — пробурчала я.

В коридоре мигали старушечьи глаза.

— Значит, паспортов при себе у вас нет? — констатировала я, глянув на старух.

Старуха, которой я велела хранить пенсионное, только развела руками, а вторая заторопилась:

— Я сейчас схожу…

— Не надо, — объявила я. — Тогда не будем писать протокол, просто напишете расписку, что по просьбе госпожи Кутузовой в вашем присутствии был вскрыт дипломат с вещами покойного и все вещи остались в сохранности. — Я вырвала уже заготовленный лист. — Где галочка — имя-фамилию, адрес прописки разборчиво, число и подпись.

* * *

Переодевались мы в туалете «Макдоналдса». Дарья Филипповна явно вошла во вкус: она была возбуждена как клоун-дипломник, который впервые вышел на арену и сорвал несколько детских улыбок. Она все порывалась начать мне что-то рассказывать, но я жестко пресекла ее, объяснив, что обсуждать свои служебные проблемы в кабинках привокзального «Макдоналдса» брезгуют даже солдаты-педерасты.

Впрочем, когда мы сели в поезд, разговора тоже не вышло. Забронировать люкс мне не удалось, а в купе оказались попутчики: унылый деловой Dad в пиджаке a-la clochard и зеленой рубашке и стареющая девушка лет тридцати с обиженно-незамужним лицом, читавшая книгу в старомодной пластиковой обертке. Dad тут же выставил на столик четыре бутылки пива и теперь пытался растерзать кусок колбасы. Терзал он ее неумело — крошечным ножиком-брелком. Со связки ключей он его не снял, поэтому каждый проезд тупого лезвия по бывшему коню сопровождался мелодичным звоном.

— Ну а сами вы, девочки, из Москвы будете? — бодренько начал он, обводя плавным взглядом нас с Дарьей и пассажирку. — Симпатичные какие, давайте-ка знакомиться! Меня зовут…

31